Информационно-аналитическая деятельность: проблемы и перспективы

Информационно-аналитическая деятельность: проблемы и перспективыИнформационная аналитика в современном мире — это продукт ряда конструктивных, созидательных общецивилизационных тенденций, характеризующих развитие человеческого сообщества на рубеже веков и тысячелетий: процесса глобализации, тенденции к формированию приоритетов устойчивого развития цивилизации и информатизации. Упомянутые конструктивные тенденции парадоксальным образом в нашем сложно-равновесном мире «уравновешиваются» не менее масштабными симметричными деструктивными тенденциями: борьбой за новый геополитический порядок, международным терроризмом, информационными войнами.

Симметрия глобальных тенденций в их оппозиции на полюсах добро-зло в борьбе за доминирующую роль в установлении мирового порядка в определенной мере условна, но, несомненно, вполне закономерно может рассматриваться в этих нравственных категориях. Если деструктивные тенденции на своем полюсе дают рост потенциала агрессии, конфронтации интересов, диктата и угнетения, что загрязняет ноосферу, то конструктивные тенденции стимулируют гуманистическое равновесие интересов, глобальное партнерство, сотрудничество культур, возможности творческого развития.

Борьба ноосферных потенциалов данных тенденций тем интенсивнее, чем выше проводимость информационной инфраструктуры мирового сообщества, чем быстрее и эффективнее проходят информационные импульсы от всех тенденций-антагонистов.

Ареной этой борьбы в настоящее время стала и Россия. Благодаря ряду общеисторических и социально-культурных закономерностей Россия превратилась в полигон применения новых социально-информационных технологий и борьбы глобальных тенденций, усугубленной внутренними противоречиями и переживаемой стадией собственной исторической эволюции (процессы демократизации, экономические реформы, информатизация). Все эти сложные цивилизационные процессы порождают интенсивные информационные потоки, информационные всплески, отражающие на информационном уровне их взаимодействие. В пронизанном информационными коммуникациями современном мире данное взаимодействие получает глобальное быстродействие. Любое информационное возмущение иррадиирует в мировом и российском информационном пространстве с большой скоростью, получая возможность активно влиять на жизнедеятельность отдельно взятого человека, наций, государств, всего мирового сообщества. Поэтому можно говорить об информационных войнах двух уровней:

  • локальных, в ходе которых происходят информационные столк-новения субъектов, партий, режимов, государств и т. п.;
  • глобальной информационной войне, которую ведут вышеупомянутые глобальные тенденции за доминирующую позицию в мировом порядке.

В связи с данными явлениями оказался востребованным новый информационный режим, который был реализован в значительном по масштабам секторе мирового информационного пространства. Его приметами стали эффект Global village, глобализация информационных взаимодействий и взаимозависимости, эффективность социально-информационных технологий управления и самоуправления в социуме, проблемы двойного назначения многих технологий данного типа и др.

Необходимость осуществлять целенаправленную политику, эффективно действовать в условиях нового информационного режима потребовала выхода на качественно иной уровень информационной аналитики в развитых западных странах, а в России привела к созданию основ системы информационно-аналитической деятельности.

В отличие от развитых стран Запада, где формирование информационной аналитики шло путем постепенного эволюционного вы-зревания, встраивания информационно-аналитических элементов в информационную инфраструктуру общества, благодаря чему многие организационные, профессионально-кадровые, технологические, социальные решения проходили бесконфликтно, имели временные ресурсы для оптимизации, в России аналогичные процессы протекали в ином темпе и условиях.

Становление российской информационной аналитики (информационно-аналитической деятельности — ИАД) как особой отрасли деятельности проходило в кратчайшие сроки, в обстановке максимальной интенсификации всех процессов и обострения многих проблем. По всем векторам изменения социальной структуры, которые определяют и сопровождают процесс становления новой отрасли Универсума человеческой деятельности (УЧД), опыт российской аналитики был во многом уникальным. Каждая новая отрасль УЧД в стадии зарождения инициирует такие структурные преобразования в социуме, как институционализация, профессионализация, технологизация и социализация. Определенная степень зрелости данных преобразований сигнализирует наблюдателю (исследователю) о стадии развития данной новой отрасли. В этом плане ИАД не является исключением. Процесс институционализации, то есть организационного оформления ИАД (формирования системы специализированных учреждений, служб, подразделений в составе различных организаций, фирм и ведомств, занимающихся информационной аналитикой в своей области), был инициирован всем ходом отечественных политических, экономических, социальных реформ в начале 90-х годов. Этот процесс сопровождался и подкреплялся профессионализацией (формированием профессионального сообщества и системы профессиональных коммуникаций, кадров специалистов-аналитиков, определения основных каналов миграции специалистов из смежных отраслей в сферу ИАД, выработки основных квалификационных требований к профессии аналитика, поиска решений в области профессионального образования).

Специфика многих параметров процесса институционализации — профессионализации ИАД — прежде всего основывается на базовых закономерностях развития УЧД, в частности, напрямую зависит от типа отрасли. ИАД может быть отнесена к типу инфраструктурных (сквозных) отраслей УЧД. Институционализация инфраструктурной отрасли УЧД, как правило, характеризуется полицентризмом (отсутствием четко выраженной иерархии и единого управляющего центра в организационной структуре), включенностью в широкий круг других сфер УЧД (организационно-деятельностный симбиоз), мультидеятельностным генезисом.

Универсальность ведущей социальной функции информационной аналитики (производство нового знания на основе переработки имеющейся информации в целях оптимизации принятия решений) и ее субстрата (информации) привели к эффекту мультидеятельностного генезиса аналитических служб (подразделений) во всех узлах информационной инфраструктуры, т. е. во всех сферах деятельности, где концентрировались, перерабатывались мощные информационные потоки в целях принятия социально значимых управленческих решений.

Именно поэтому информационно-аналитические службы (подразделения) стали создаваться в структуре органов федеральной и региональной власти, в министерствах и ведомствах, в органах СМИ, в сфере бизнеса, при политических партиях и движениях. Общей отличительной чертой данных служб являлась органическая включенность в соответствующие сферы деятельности, функциональный и организационно-деятельностный симбиоз с их социальными институтами и конкретными организациями.

В целях данных аналитических служб, призванных осуществлять информационное сопровождение управления в соответствующих сферах, наиболее четко просматривается информационно-вспомогательная природа информационной аналитики, роднящая последнюю с другими видами информационно-инфраструктурных, информационно-вспомогательных служб, традиционно упорядочивающих информационное пространство, оптимизирующих и направляющих движение информационных потоков, обеспечивающих сохранение накопленных информационных ресурсов и т. п. К их числу относятся как древнейшие изобретения человечества (библиотеки, архивы, библиографические службы), так и более современные реферативные службы, органы НТИ, новейшие фирмы, производящие электронные (в том числе, сетевые) информационные ресурсы.

Вместе с тем, информационная аналитика не является всего лишь еще одной относительно новой организационной разновидностью вышеназванных служб, ее сущностная, базовая функция принципиально отличается от тех задач, которые решают в информационном пространстве эти службы. Их задачи: количественные преобразования информации (информационное свертывание — библиографирование, аннотирование, реферирование; консолидация больших информационных массивов в виде баз и банков данных) и ее структурное упорядочение (систематизация, предметизация и т. п.).

Информационная аналитика, используя все возможности, предоставляемые данными службами, активно оперируя их информационными продуктами и услугами, выполняет прежде всего задачу качественно-содержательного преобразования информации, функционально пересекаясь в этом плане с научной (производство нового знания) и управленческой (разработка вариантов решений, сценариев) деятельностью.

Характер функционального пересечения (взаимодействия) в системе аналитика-наука-управление определяется спецификой аналитики. С наукой ее объединяет информационный способ познания и научного анализа реальности. Аналитика наиболее близка к гуманитарной науке, опирающейся на герменевтические методы, то есть в широком смысле — на интерпретацию текстов, если последние трактовать универсально-информологически как документы, тексты, данные, сообщения о событиях и т. п. а также к тем разделам науки, видам научных задач, когда выводное знание получают не опытно-экспериментальным путем, а на основе анализа и интерпретации существующих теорий, описаний фактов, средствами информационного моделирования реальности.

Подобно исследователю такого профиля аналитик, опираясь на информационные модели (отпечатки в информационном пространстве событий, фактов, действий, идей, мнений, чувств людей, природных, социальных, политических, финансовых, экономических процессов и т. п.), выявляет в них объективные закономерности и тенденции, определяет движущие ими механизмы, причинно-следственные связи. В этом смысле аналитик создает новое знание о том фрагменте реальности, который находится в поле его профессионального интереса, выступая де-факто исследователем своей предметной области. Поэтому аналитическая эпистемология с полным правом может быть квалифицирована как информологическая, продолжающая на новом историческом витке и на базе новейших информационных технологий традиции древней гуманитарной методологии — герменевтики.

Вместе с тем существуют и принципиальные различия между аналитикой и наукой. Научный анализ призван выявлять прежде всего фундаментальные, объективные закономерности изучаемой области, повторяющиеся, существенные связи объектов, обобщенные параметры процессов и т. п. Информационная аналитика, опираясь на научное знание, общие закономерности, чаще всего имеет дело с феноменологией бытия, осуществляя оценку фактов и событий, прогнозируя их развитие с учетом не только обобщенных типичных параметров, но и целого спектра факторов, включая субъективно-личностные, случайные влияния, а также сознательные акции конкурирующих сил, противоборство интересов, активное вмешательство социальных технологий и т. п. Существенную роль играет и фактор времени. Производство научного знания осуществляется в том специфическом режиме времени, который продиктован непредсказуемостью эвристических процессов познающего человеческого интеллекта, логикой и темпами научного дискурса. Информационная аналитика работает в режиме реального времени — времени жизнедеятельности своей предметной области (политики, экономики, бизнеса) и в соответствии с темпом необходимых управленческих реакций на динамику событий, происходящих в данной области.

Это объясняет парадокс, проявившийся в ходе институционализации и профессионализации ИАД. С одной стороны, академические и отраслевые научно-исследовательские институты, разрабатывавшие фундаментальные и прикладные проблемы в тех областях знания, которые востребованы современной жизнью, практикой управления, так и не стали базовой структурой в системе формирующихся аналитических служб. И это, несмотря на то, что еще в дореформенные времена Академия наук и ведущие НИИ рассматривались как инстанции для проведения экспертиз, им предъявлялись партийно-правительственные заказы на разработку научных обоснований для тех или иных проектов, концепций и планов, оценки и критики зарубежного опыта и т. д. С другой стороны, именно ученые, сотрудники академических институтов, НИИ, вузов в значительной степени пополнили ряды аналитиков при госструктурах, СМИ, в коммерческих фирмах, политических партиях и т. п.

Этот парадокс — кажущийся, он основывается на деятельностных различиях между наукой и аналитикой. Академический научный коллектив, по определению, не в состоянии осуществлять оперативный анализ динамики изучаемой области, необходимый для тактического управления ею. Речь может идти лишь о наиболее принципиальных, глобальных тенденциях, значимых для принятия управленческих решений стратегического порядка. Но ученый-отраслевик, обладающий опытом научно-исследовательской работы в своей области, приняв условия новой деятельности, включившись в ее временной режим и освоив соответствующие аналитические технологии, вполне может отвечать профессиональным требованиям, предъявляемым к информационным аналитикам.

Таким образом, наиболее эффективно фундаментальная и прикладная наука может выступать не в качестве одной из организационно-деятельностных структур информационной аналитики, а в качестве отрасли-донора. С одной стороны, это выражается в концептуальной подпитке аналитических служб научными разработками, необходимыми для стратегического управления (межотраслевое взаимодействие). С другой стороны, российская наука, находясь в кризисном состоянии, выступает источником кадров для отечественной аналитики, образуя достаточно стабильный канал миграции специалистов в новую отрасль (трансферт кадров).

Иной характер имеет связь аналитики и управленческой деятельности: с глубочайшей древности информационно-аналитическая функция являлась важным компонентом управления, функцией и инструментом власти. В организационно-деятельностном плане аналитика в течение многих веков (и даже тысячелетий) латентно развивалась во властных структурах, только в наше время в результате процессов институционализации сформировались аналитические службы, отделы, должности, в чьи задачи входили сбор, анализ информации и выработка вариантов управленческих решений (сценариев). Этот процесс можно охарактеризовать как внутрисистемное организационное оформление аналитики (внутрисистемную реструктуризацию). Инфраструктурность (сквозной характер) аналитики как формирующейся новой отрасли проявился в полицентризме и в определенной степени параллелизме ее основных организационных структур. Если встроенные (либо функционально связанные) аналитические службы первого типа возникали в результате симбиоза управления и аналитики, организационно оформляя присущую управлению аналитическую функцию, то генезис других организационных структур аналитики осуществлялся на основе иных закономерностей. Любая инфраструктурная отрасль характеризуется двумя параметрами: определенными инструментальными характеристиками (технологическими знаниями, методикой и инструментарием данной деятельности) и предметным (отраслевым) знанием той сферы, в которую данная инфраструктурная деятельность включена. Миграция безработных ученых в аналитику прежде всего шла по вектору знания предметной отрасли.

Вместе с тем, Россия унаследовала от СССР определенные структуры и кадры специалистов, которые, по определению, должны были владеть технологическим знанием аналитического характера или близким к нему. Речь идет о системе библиотечно-библиографических учреждений и Государственной системе научно-технической информации (ГСНТИ). В годы своего относительно безбедного существования в условиях стабильного бюджетного финансирования, гарантированного спроса на информационные продукты и услуги, опять-таки из бюджетных средств организаций, оплаченной подписки на библиографические, реферативные, обзорно-аналитические издания данные структуры выполняли в неких ограниченных рамках информационно-аналитические задачи. Крупнейшие библиотеки страны, ведущие всесоюзные или головные отраслевые центры НТИ порой получали, подобно научно-исследовательским институтам, государственные заказы на обзоры отечественных и зарубежных публикаций по актуальным проблемам в плане информационной поддержки государственных проектов, целевых программ и т. п. некоторые органы НТИ издавали серии обзорных материалов в форме дайджестов, сборников реферативных переводов для широкого круга пользователей или ДСП. В 80-е годы в связи с внедрением компьютерных технологий в ряде центров НТИ предпринимались попытки экспериментальной и даже «промышленной» эксплуатации информационных систем с элементами встроенных аналитических функций. Однако информационная аналитика в полном смысле этого слова не заняла заметного места в деятельности этих служб. Еще в конце 80-х и начале 90-х годов на целом ряде профессиональных совещаний, «мозговых штурмов», проводимых информационной общественностью СССР, осознавшей глубину кризиса системы ГСНТИ и необходимость поиска вариантов выхода из него, способов выживания мощной системы в новых экономических, политических и информационных условиях, неоднократно обсуждались идеи о модернизации принципов деятельности служб НТИ, о создании аналитических подразделений, формировании нового ассортимента аналитических услуг, о появлении новых приоритетных тем и новых пользователей и т. п. В разрабатываемых авторских и коллективных проектах государственных документов (положений) о системе НТИ также вводились пункты об информационной аналитике как важном направлении в деятельности системы. Но все это осталось благими пожеланиями. В итоговом документе «Положение о государственной системе НТИ», опубликованном в конце 90-х, нет ни слова об аналитике. В реальной практике выживших и действующих организаций (служб), входящих в систему НТИ, аналитические услуги нередко заявляются в рекламных проспектах, но в действительности обещания эти также, как правило, не выполняются. Об этом убедительно свидетельствуют статьи-отчеты о деятельности органов НТИ, регулярно публикуемые на страницах профессиональной печати («НТИ», «Информационные ресурсы России» и др.).

Сходная ситуация наблюдается и в библиотечном деле. Совет-ские библиотеки в значительно меньшей степени, нежели крупные библиотеки западных стран, смогли реализовать на уровне современных требований и технологий свои информационные возможности (в том числе и аналитические). Это было связано с межведомственной конкуренцией — размежеванием функ-ций между системой библиотек и ГСНТИ. Система служб НТИ, созданная в 60-е годы, закрепила за собой более «продвинутые» формы и методы информационного обслуживания науки, техники, управления, нежели традиционные библиотечно-библиографические. Библиотеки остались в своей функциональной нише. Немало научных споров, дискуссий, монографий, статей и диссертаций с обеих сторон было посвящено попыткам фундаментального научного обоснования данного функционального разделения, тогда как status quo имел корнями исключительно причуды отечественных ведомственных решений.

Некоторым исключением были крупнейшие библиотеки, которые в ходе дальнейшего формирования ГСНТИ стали базой для создания новых ее звеньев (РГБ, бывшая «Ленинка», приютившая в своей структуре головной орган отраслевой службы НТИ в области культуры и искусства — ЦООНТИ «Информкультура», или ФБОН АН СССР, влившаяся в структуру ИНИОН) либо непосредственно были признаны полно-правными элементами ГСНТИ (ГПНТБ). В их деятельности аналитика была типичной «аналитикой от ГСНТИ», о которой говорилось выше.

Однако ситуация востребованности качественно новых информационных услуг не осталась незамеченной и библиотечно-библиографическими специалистами. Это породило ряд проектов и практических начинаний. Стали создаваться бизнес-библиотеки, библиотеки деловой литературы, разрабатываются проекты включения библиотек в аналитическую деятельность. Некоторые специалисты в области библиотечного дела предполагают также возможность организации вузовской подготовки аналитиков на базе специальности «Библиотечное дело и библиография» с прицелом на формирование кадрового обеспечения для отделов аналитики в универсальных научных библиотеках (базовых библиотеках в регионах, бывших «областных»). По мнению авторов данных проектов и начинаний, аналитика силами библиотек и их сотрудников должна успешно конкурировать на рынке современных информационных продуктов и услуг, обеспечивать потребности среднего и малого бизнеса в аналитической поддержке. По нашему мнению, эти проекты и начинания следует отнести к утопическим, не учитывающим реальную функциональную специализацию информационно-вспомогательных служб. Функциональная близость не гарантирует полной взаимозаменяемости социальных институтов. Современные российские библиотеки (как и органы НТИ) ни по составу и характеру документных фондов и других информационных ресурсов, ни по составу и квалификациям кадров, ни по типичным для них технологиям не могут быть конкурентоспособными на рынке аналитических услуг.

Данные службы, по определению, работают с документными потоками (прежде всего опубликованными), обеспечивая их так называемую аналитико-синтетическую переработку, степень аналитичности которой недостаточна. Они не располагают необходимыми инструментами (подразделениями, кадрами, системами связи и обработки данных), необходимыми для информационного мониторинга какой-либо области (объекта управления). Тогда как все больше аналитических задач решается в режиме прямого информационного моделирования и наблюдения за управляемой сферой, минуя стадию анализа традиционных публикаций, информационный лаг которых (в данном случае интервал между событием, его отражением в публикациях и его включением в объекты для анализа) слишком велик. Центры мониторинга, ситуационного анализа, использование электронных ресурсов СМИ, Интернета, неформальных и недокументированных источников, социологических данных, использование компьютерных технологий обработки больших информационных массивов, интеллектуализированных режимов контекстного поиска и т. п. — весь этот инструментарий современных аналитических служб должен работать на «выводного» аналитика для получения квалифицированного анализа ситуации, прогноза ее развития, выработки сценариев реагирования и т. п. При этом дело даже не в том, что такими возможностями не обладают библиотеки и службы НТИ (можно предположить, что рано или поздно их технико-технологическое обеспечение улучшится), а прежде всего в отсутствии прямой функциональной включенности в соответствующие структуры управления.

Традиционное для отечественного опыта создание параллельных структур проявилось и в этом случае. Можно предсказать, что определенные аналитические услуги и продукты будут и в дальнейшем создаваться силами библиотек, органов НТИ, но эти системы не станут конкурентами специализированных аналитических служб и структур. Наиболее эффективным могло бы быть их участие в традиционной для них роли — в качестве поставщиков информационных ресурсов, разумеется, создаваемых с учетом специфики потребностей аналитики (фактографических, фрагментографических, персональных, адресно-справочных, полнотекстовых баз данных). Хотя, справедливости ради, следует отметить, что с этой задачей аналитические службы эффективнее справляются собственными силами (создают собственные профилированные ресурсы, используют продукцию современных коммерческих информационных фирм, наконец, обращаются к ведомственным ресурсам).

Наиболее ярко инструментальный вектор формирования аналитических структур проявился в формировании независимых коммерческих информационно-аналитических служб (точнее, некоторых их разновидностей, поскольку спектр подобных фирм весьма разнообразен). В данном случае речь идет о фирмах, кадровый состав которых консолидировался вокруг определенной аналитической монотехнологии (совокупности технологий), что определило как функции, так и тип предлагаемых ими информационно-аналитических продуктов и услуг. К их числу правомерно отнести рейтинговые агентства, фирмы (фонды, центры) социологических исследований, информационные агентства, издающие различные дайджесты, бюллетени и т. п. содержащие определенные жанры аналитических материалов, некоторые виды центров, занимающихся консалтингом, экспертизой, мониторингом и т. п. Определив свою нишу и клиентскую базу, данные фирмы оттачивают свои технологии, формируя тем самым отечественный рынок аналитических продуктов и услуг.

Близки к ним по типу генезиса фирмы, специализирующиеся на разработке компьютерных технологий со встроенными аналитическими функциями, обеспечивающими анализ, экспертную оценку данных. Среди подобных фирм можно наблюдать несколько сценариев выхода на аналитический рынок. ИТ-сценарий наиболее очевиден: фирма остается поставщиком аналитических компьютерных систем собственно информационно-аналитическим службам. Базовый сценарий может дополняться комплексом услуг: ИТ+ресурсы, ИТ+консалтинг (обучение персонала, внедрение и сопровождение). Во всех этих вариантах данные фирмы выполняют обеспечивающие функции, способствуя ускоренной технологизации сферы ИАД.

Другой тип сценария осуществляется по формуле ИТ+ресурсы+выходная аналитика. В этом случае эволюция «технологической» фирмы идет по линии усложнения функций, использования по назначению разработанных компьютерных систем и созданных ресурсов, то есть для производства аналитических продуктов на имеющейся технической и «сырьевой» (информационные ресурсы) базе. Аналогичный путь в аналитику нередко проходят «ресурсные» фирмы, торгующие фактографической, полнотекстовой информацией, некоторые из них являются дочерними коммерческими структурами бюджетных ведомств, создающих или концентрирующих информационные массивы. Во всех этих случаях соотношение технологических, ресурсных или аналитических направлений деятельности может быть самым различным, так же как и их положение на рынке аналитических продуктов и услуг. Среди реалий этого рынка — феномен многоуровневой аналитической переработки исходных информационных ресурсов. В одном случае производящая данные ресурсы информационная фирма может непосредственно продавать его аналитическим службам, в другом — первоначально подвергать их собственной аналитической обработке, параллельно реализуя эти материалы как непосредственно конечным пользователям, так и другим аналитическим фирмам для последующей переработки.

Несомненно, информационно-сырьевые коммуникации (производство, циркуляция и перераспределение информационных потоков в сфере ИАД) как непосредственно на рынке аналитики, так и за его кулисами, представляют собой самостоятельную проблему, не сводимую к вопросам профессиональной коммуникации.

Вместе с тем, генезис многих коммерческих информационно-аналитических фирм осуществлялся по более сложным формулам, не сводимым к какому-либо одному типовому сценарию (только предметному или инструментальному), тем самым прямо иллюстрируя принцип мультидеятельностного генезиса аналитики в родственных сферах деятельности. Это в первую очередь относится к фирмам, специализирующимся на проблемах экономической безопасности предпринимательства (а также и к внутренним отделам или службам экономической безопасности в тех или иных государственных или, чаще, негосударственных организациях). Реальное разнообразие данных фирм или служб (их организационных структур, видов услуг и т. п.) тем не менее подчиняется основным общим принципам. Для них характерен трансферт специализированных средств (технологий, кадров, информационных ресурсов) из силовых структур в гражданское общество, дополняемый приватизацией и персонализацией данных средств. Многие из этих служб или независимых фирм начинали свою деятельность отнюдь не с аналитики, решая иные задачи, относящиеся к сфере комплексной безопасности: охрана объектов, личная охрана, частная детективная и сыскная деятельность, технические системы обеспечения безопасности, юридический, кадровый консалтинг, деловая и конкурентная разведка и т. п. В соответствии с еще одним общим принципом мультидеятельностного генезиса (принципом деятельностной дифференциации-интеграции) либо непосредственно в недрах вышеназванных служб формировались информационно-аналитические подразделения либо начинали создаваться фирмы-холдинги, присоединяя аналитические структуры извне. Как правило, в этих случаях информационная аналитика не только настоятельно востребовалась как необходимый инструмент эффективности изначальной деятельности фирмы и вполне органично вписывалась в ее структуру, но нередко и претерпевала эволюцию, становясь мозговым центром и генератором основной продукции.

Несомненно, проблемы, порожденные августом 1998 года, не могли не ухудшить деловой конъюнктуры в сфере аналитических услуг, но целый ряд социальных, экономических и политических факторов последних лет создал определенную общественную потребность в ИАД, и этот процесс необратим. Анализ этих факторов — самостоятельная научная проблема, тем не менее нельзя не упомянуть наиболее значимые тенденции.

Одна из них — это тенденция социализации ИАД, объективно закономерный процесс, характеризующий новую отрасль в стадии ее становления. Составляющими процесса социализации новой отрасли являются социальные, социокультурные, социально-психологические реакции общества на данную отрасль. Появление новой сферы профессиональной деятельности ставит перед обществом аксиологические, психологические, культурологические, социометрические проблемы:

— возникает необходимость социальной оценки значимости новой отрасли, что требует ее позиционирования в ряду других, близких отраслей, выработки шкалы социальной оценки, построения системы социальных приоритетов и т. п. с учетом ценности тех целей, которые данная деятельность позволяет достичь;

— формируются эмоциональные реакции, ожидания, общепринятые нормы поведения в связи с данной отраслью;

— ценностные и социально-психологические реакции транслируются в область культурных норм и традиций, национальных форм социального бытия, включаются в систему мифов и ритуалов и т. п.;

— выстроенные приоритеты, оценки, престижность новой отрасли позволяют определять ее социометрические параметры (интенсивность роста социальных институтов, связанных с новой отраслью, темпы и масштабы рекрутинга специалистов-профессионалов, пользователей ее продукции).

Все эти проблемы характерны и для этапа становления отечественной информационной аналитики. Несомненно, итогом 90-х явилось достаточно широкое общественное признание социального статуса ИАД, характеризующееся целым рядом признаков (информированность общества о существовании аналитики, признание феномена аналитики как инструмента управления сложными процессами, средства раскрытия сути происходящих событий и прогнозирования их дальнейшего развития, формирование представления о профессиональном аналитике как эксперте, «посвященном», владеющем эксклюзивным знанием, к мнению которого необходимо прислушиваться как сильным мира сего, так и рядовым гражданам, и т. п.).

За эти годы в России сформировался и социальный слой реальных и потенциальных клиентов, профессиональных потребителей информационно-аналитических продуктов и услуг, постепенно формируется представление об информационной аналитике как необходимом компоненте культуры управления, предпринимательской деятельности, инструменте современного менеджмента, составной части корпоративной культуры и т. п.

Особую грань социализации ИАД представляет собой феномен «массовой аналитики». В различных СМИ (телевидение, традиционная и электронная периодика) сформировались информационно-аналитические рубрики, передачи, жанры, рассчитанные на интересы широкой общественности. Адресная экспертиза актуальных событий и тенденций отечественной и мировой политики, экономики, социальных, экологических и др. проблем потеснила сугубо информационные жанры СМИ, заняла определенное место в диапазоне информационных потребностей рядовых граждан.

Фундаментальные причины, породившие данный феномен, очевидны: усложнение информационного контекста повседневного бытия, социально жестко проявившаяся и обнажившаяся зависимость обывателя от глобальных, национальных, региональных процессов, информационная включенность рядового гражданина в мировые события (информированность, осведомленность как синонимы причастности, как эффект соучастия). Все это привело к возникновению стойкого интереса к аналитике, выполняющей по отношению к широкой публике объяснительную, прогностическую и консалтинговую функции. Особая социокультурная миссия «массовой аналитики» заключается в ее методологической функции: аналитические материалы не только объясняют закономерности реальности, но и демонстрируют образцы анализа событий и фактов, методы интерпретации их смыслов, формируют информационную культуру, соответствующую информационному режиму гражданского общества.

Вместе с тем, было бы неверным утверждать, что социализация ИАД означает только социально позитивные процессы. Инструментальный характер аналитики, обеспечивающей принятие управленческих решений, разработку сценариев действий в сложных социальных обстоятельствах, превращает ее в эффективную социально-информационную технологию, позволяющую управлять различными сферами общества, манипулировать людьми, формировать общественное мнение, программировать определенные социальные реакции.

Социально-кибернетические возможности ИАД активно используются самыми разнообразными общественными силами, структурами, обнаруживая тем самым ее фундаментальное свойство, общее для всех видов социально-информационных технологий (СИТ). Все изобретенные человечеством СИТ являются технологиями двойного назначения. Их инструментальный характер, эффективный функционализм (свойственные всем технологиям, методикам, научным и практическим методам, интеллектуальному и техническому инструментарию, то есть всему операциональному арсеналу действующего и мыслящего человека), умноженные на семантику, смысловую направленность передаваемых информационных сообщений, являются причиной того, что любая СИТ может использоваться как во зло, так и во благо в зависимости от целей, интересов, идеологии, социальной ответственности или, напротив, асоциальности тех сил, которые применяют данную СИТ. Поэтому российское общество даже за столь краткий исторический период (90-е гг.) обрело достаточно разнообразный опыт в контактах с информационной аналитикой, чтобы осознать тот факт, что ИАД может быть мощным и даже социально опасным орудием. Не углубляясь в данную тему специально, отметим, что широкая общественность имела возможность наблюдать применение аналитики, аналитического сопровождения в политической, экономической конкурентной борьбе, в процедурах лоббирования чьих-то интересов при принятии решений в самых высоких сферах отечественной политики, в массовых рекламных кампаниях, в кампаниях по манипуляции общественным мнением, когда сталкивались мнения различно ангажированных аналитиков, в крупномасштабных и локальных информационных войнах, целенаправленных «сливах» компромата, многоходовых дезинформационных акциях и т. п. сценарии которых тщательно готовились аналитиками противоборствующих лагерей. В меньшей степени рядовые граждане осведомлены о существовании «черной» или криминальной аналитики, которая также имеет тенденции профессионализации, необходимой для обслуживания организованной преступности и других форм противоправной деятельности.

Все эти факты негативного проявления ИАД особенно остро воспринимаются широкой публикой, поскольку применяющие «грязные технологии» (в данном случае — аналитические методы) социотехнологи в современной России весьма часто не дают себе труда (либо не обладают достаточной изощренностью) маскировать подлинные намерения, мотивацию тех или иных акций. Этому социальному цинизму в немалой степени способствует и объективная слабость гражданского общества и его институтов, практическое отсутствие каналов независимых СМИ, независимых аналитиков, выражающих мнение гражданского общества, слабость и конформизм собственно общественного мнения и т. п. В любом случае, процесс социализации информационной аналитики привел к формированию противоречивого, социально неоднозначного имиджа данной области деятельности.

Разумеется, сказанное выше отнюдь не должно восприниматься как пессимистический прогноз относительно перспектив развития аналитики, напротив, опыт эффективного использования данной СИТ в противоборстве сил, конкурентной борьбе, конфронтации различных социальных целей дает основания для утверждения, что социальная амбивалентность аналитики высоко оценена представителями самых различных сфер. Поэтому неизбежно будут осуществляться инвестиции в развитие аналитики, разработку более совершенных и действенных методов, технических и программных средств, производство информационных ресурсов, рекрутинг кадров, формирование аналитических служб; будет продолжаться «гонка аналитических вооружений» и борьба за сценарии и контр — сценарии аналитических акций, обеспечивающих заданное воздействие на общество, социальные группы, влиятельные персоны, и т. п.

Наряду с социально-конкурентной мотивацией неизбежного поступательного развития аналитики, нельзя не назвать причин более глобального, социально конструктивного (позитивного) порядка. Речь идет об упомянутых в начале данной статьи глобальных тенденциях мирового развития, востребующих новый информационный режим, одним из базовых элементов которого должна стать аналитика как СИТ.

Устойчивое развитие общества и стабильность мирового порядка — глобальные приоритеты мирового сообщества в ХХI веке. Достижение этих целей предполагает рост такого значимого показателя, как степень социальной управляемости. Однако традиционные меры, применяемые различными государствами и другими общественными и политическими структурами на протяжении последних десятилетий ХХ века (демократизация политических режимов, стабилизация международных отношений, антитеррористическая политика и др.), недостаточны в условиях повышения сложности и роста динамики социальной практики, увеличения разнообразия тех детерминант, которые оказывают воздействие на социальные процессы и порождают сбои механизма социального управления.

Процесс информатизации, формирования информационного общества, ведущий к эффекту Global village и проницаемости пространственных, культурных, политических, языковых и т. п. барьеров, включению регионов, государств, тех или иных социальных групп в единое политическое, экономическое, правовое, информационное пространство, многократно умножает степень взаимозависимости всех субъектов мирового сообщества. В информационном обществе, обладающем сверхпроводимой информационной инфраструктурой, даже локальное малозначимое событие может обрести глобальный масштаб вопреки всем традиционным канонам инерционности социальных систем и их способности к гомеостатическому саморегулированию, призванному гасить возмущения и флуктуации социальной среды.

Социальный гомеостат (совокупность средств и технологий социального управления и самоуправления), сформированный в докомпьютерную эпоху и рассчитанный на объективную прочность естественных барьеров в сфере социальных коммуникаций, в постиндустриальном обществе уже неэффективен. Как уже говорилось выше, разнообразие информационных импульсов (сообщений) о событиях, мнениях, содержащих управляющие воздействия, транслируемых через каналы информационной инфраструктуры и оказывающих детерминирующее влияние на социальные процессы, стало в наши дни невообразимо велико. Поэтому образующийся в результате этих многообразных, противоречивых, разномасштабных воздействий кумулятивный эффект формирует столь непостижимо сложную систему детерминированности социального развития, что послед-ний объективно предстает перед современными субъектами социального управления как иррациональная, индетерминированная феноменология.

Информационное общество, обретя невиданную ранее свободу, единство в многообразии, динамизм развития, обрело и новую степень уязвимости перед деструктивными факторами и различными социальными девиациями. Естественным следствием всех этих тенденций являются неадекватные управленческие решения, непредвиденные последствия решений, волюнтаризм и субъективизм руководителей различного ранга, конфронтации, попытки лоббирования, вмешательства в объективные процессы тех или иных сил, манипуляции общественным мнением и т. п. и, как результат, снижение уровня управляемости общества, появление новых форм социальных опасностей.

В полном соответствии с законом амбивалентности социального и научно-технического прогресса, усугубив все негативные вышеназванные тенденции, информатизация вместе с тем вывела на историческую арену виртуальные, социально-информационные технологии, способные повысить уровень социальной управляемости, обеспечить новый информационный режим. Сущность понятия «новый информационный режим» заключается прежде всего в качественно ином уровне интеллектуализации информационного пространства (ноосферы), необходимом для устойчивого развития общества, повышения меры его управляемости, нейтрализации фактора индетерминизма социальных процессов. Цель интеллектуализации заключается в создании системы производства и передачи на входы управляющих блоков социума смыслосодержащей информации, максимально отвечающей задаче формирования и принятия управленческих решений. Интеллектуализация информационного пространства осуществима при следующих условиях:

— оптимальном структурировании мирового информационного пространства за счет упорядочения глобальной информационной инфраструктуры;

— интеграции и структурировании мировых информационных ресурсов;

— собственно интеллектуализации информационных потоков и процедур переработки информации.

Некоторые из этих условий еще только намечены, но уже сегодня очевидно, что их базовый элемент — совокупность СИТ во главе с информационной аналитикой. Во всех значимых точках пересечения и концентрации информационных потоков должны быть созданы узлы интеллектуальной переработки информации, формирующие интеллектуализированную инфраструктуру информационного пространства.

Прообразом интеллект-узлов, инфраструктуры ближайшего будущего можно считать Центры ситуационного анализа (ЦСА) — службы, органично сочетающие в своей деятельности информационный мониторинг природных, техногенных и сложных социальных систем, обеспечивающий текущий контроль за динамикой социальной сферы (наблюдение за изменением тех или иных параметров, выявление их отклонений от штатных значений, прогнозирование их развития), информационный анализ выявленных в ходе мониторинга закономерностей, разработку сценариев управления кризисными и проблемными ситуациями в управляемой сфере.

На этом этапе необходима дальнейшая фундаментализация технологий мониторинга и аналитики. Требования оперативности, многофакторного охвата реальности, необходимые для эффективного социального управления, предполагают сокращение промежуточных уровней моделирования управляемых систем в информационных потоках, создание новых технических средств, обеспечивающих прямую включенность социальной сферы в системы мониторинга ЦСА.

Техническая проблема «датчика» — измерителя состояния наблюдаемых и управляемых объектов, транслирующего данные непосредственно от подключенного объекта к центру анализа и управления, — более или менее успешно решена и решается для компьютерного мониторинга природных и техногенных систем. Адекватное ее решение для социальных систем невозможно не только потому, что на порядки возрастает техническая сложность реализации, но и потому, что возникают проблемы этики, прав человека, информационной безопасности и т. п. Очевидно вместе с тем, что поиск в этом направлении уже ведется. Логика научно-технического прогресса подводит к таким решениям.

Несомненно, ЦСА могут стать узлами будущей глобальной информационной инфраструктуры социального регулирования, которая будет выполнять в информационном обществе функции социального гомеостата, обеспечивающего устойчивое развитие общества, оперативно диагностирующего отклонения, нештатные ситуации и управляющего социальными процессами. Именно последняя из перечисленных функций наиболее важна для нового информационного режима наряду с интеллектуализацией информационного пространства, ее реализация предполагает синтез управленческих и информационно-аналитических технологий, что в дальнейшем должно видоизменить характер и способ реализации властных функций, роль традиционных институтов государственной власти, демократических процедур, в значительной степени заменив их виртуальными социальными технологиями. Такая тенденция прослеживается уже в наши дни, когда стали реальностью электронные выборы, интерактивные опросы общественного мнения, мониторинг социальных проектов, электронное общение через сайты в Интернете между высокопоставленными политиками и рядовыми гражданами и т. п.

Количественная и качественная эволюция данных тенденций неизбежно приведет к формированию целостного условно-замкнутого цикла социального управления: социальная система (объект управления), пронизанная входными датчиками компьютерного мониторинга, — телекоммуникационные каналы — собственно Центры ситуационного анализа (регистрация поступающих данных, их многоаспектная обработка, визуализация выявленных в обработанном массиве закономерностей, интеллектуальный анализ и интерпретация с помощью встроенных экспертно-аналитических технологий и естественного интеллекта, разработка прогнозов, сценариев управленческих решений) — трансляция управляющих импульсов (обратная связь) к управляемой социальной системе, затем новый цикл мониторинга (с учетом результатов управляющих воздействий).

Эта картина не столь утопична, как может показаться. Экстраполируя параметры и темпы прогресса в области компьютерных и телекоммуникационных техники и технологий и возрастающую виртуализацию всех сфер человеческой деятельности, можно определить информационную аналитику и информационный мониторинг как перспективные технологии социального управления ХХI века.